Афиша

  • Строфы одной поэмы…
    Строфы одной поэмы…

    16 июня в музее открылась выставка к 100-летию со дня рождения Б.К. Ильина, праправнука Е.А. Боратынского.

    Выставка "Династия Боратынских. Часть первая. "Строфы одной поэмы…" является частью долгосрочного проекта, посвященного литературному и художественному творчеству потомков Е.А. Боратынского.

    Подробнее ...
  • Усадебный экспресс в Муранове. Романтика русской усадьбы.
    Усадебный экспресс в Муранове. Романтика русской усадьбы.

    Друзья! 4 августа к нам вновь приедет "Усадебный экспресс"!

    Традиционно, у нас будет отдельный вагон. С нами будет ехать специальный гость, который расскажет о строительстве железной дороги и не только. Наш комплексный обед будет включать себя блюда, приготовленные по восстановленным рецептам XIX века.

    Помимо традиционного осмотра главного дома с театрализованным посещением кухни, прогулки по аллеям парка, нас ждет квест по усадебному парку и турнир по игре в крокет. Кульминацией экскурсии станет концерт лауреатов международного конкурса, вокального коллектива "CANTO" в репертуаре произведения классиков.

    У вас ещё есть время забронировать путешествие! Подробная программа доступна здесь: https://www.usadboved.ru/muranovo

Праздники

  • ПРОГРАММА ЕЖЕГОДНОГО ФЕСТИВАЛЯ КРЕСТЬЯНСКОЙ КУЛЬТУРЫ «СЕНОКОС В МУРАНОВЕ»
    ПРОГРАММА ЕЖЕГОДНОГО ФЕСТИВАЛЯ КРЕСТЬЯНСКОЙ КУЛЬТУРЫ «СЕНОКОС В МУРАНОВЕ»

     

    21 и 22 июля 2018 года

     

    Приглашаем вас посетить незабываемый фестиваль, отличающийся особым колоритом и русским размахом – Сенокос в Муранове – 21 и 22 июля!

     

    21 июля вас ждёт:

     

    12.0013.00 – Крестный ход. Молебен и освящение луга. Покос травы на Барском лугу. На сцене разыгрывается сценка из деревенской жизни.

    На Барском лугу:

    13:00  - 14:30 – Школа исторического танца Алины Добрыниной

    14:30 – 15:00 – «Гусли звончатые и баяны переливчатые» - для вас играют учащиеся и преподаватели ДМШ г. Пушкино

    15:00 - 16:00 – Квартет балалаечников Ситенно г. Пушкино

    с 16.00 – игры на лугу с участниками фольклорного коллектива «Веснянка» г. Пушкино

    18.00 -  20.00 – Крестьянская трапеза на лугу

     

    22 июля

     

    12.00 – 12.40 –  фольклорный коллектив «Ян-сар» г. Пушкино

    12.40 – 13.20 – фольклорный ансамбль «Иванка» г. Пушкино

    13.20 – 14.00 – Фольклорный коллектив «Зубцы» г. Москва

    14:00 – 14:30 – Деревенские забавы – с Вами на Барском лугу фольклорный коллектив «Веснянка»

    14.30 – 15.10 – Поет и играет семейный, фольклорный ансамбль «Распев»

    15.30 – 16.30 – Веселая детворяндия. Игры, загадки, шарады.

    16.30 - 17:30 – Всеобщий хоровод участников и гостей фестиваля. Танцы и игры на Барском лугу с фольклорным коллективом «Веснянка»

Музейные программы

  • Для детей
    Для детей

    В течение всего года в нашем музее проходит интерактивная программа для детей и их родителей «Кондитер XIX века».

    Подробнее ...
  • Свадьба в усадьбе
    Свадьба в усадьбе

    Благодаря удивительной атмосфере русского дворянства: и сохраненным интерьерам Главного усадебного дома, и прекрасной природе, и большому тенистому усадебному парку - усадьба " Мураново" является прекрасным местом для проведения загородной свадьбы.

    Подробнее ...
  • Субботний крокет в Муранове
    Субботний крокет в Муранове

    Дорогие друзья!

    В нашем музее активно возрождается традиция усадебных игр XIX века.

    Несколько лет назад музей-заповедник презентовал интерактивную программу " Субботний крокет в Муранове". В мае мы открываем очередной сезон!

    Подробнее ...

О музее

Музей «Усадьба «Мураново» им. Ф.И. Тютчева» является неповторимым образцом среднепоместной дворянской усадьбы XIX века. Старинное имение расположено в 50 км от Москвы по Ярославской железной дороге. Здесь некоторое время жил поэт Е.А. Боратынский со своей семьёй. По его чертежам и планам в Муранове был построен дом, который сохранился до нашего времени. Также в Муранове жила семья поэта Ф.И. Тютчева, семейные реликвии и рукописи которого были перевезены после его смерти в усадьбу. Таким образом, Мураново стало основным местом хранения наследия великого русского поэта.

Сегодня музейный комплекс Мураново объединяет в себе несколько построек: Главный усадебный дом, Флигель и кухню, Гладилку, Кучерскую, Ледник, Домовую церковь Спаса Нерукотворного. Побывав у нас, вы увидите все эти достопримечательности, а посетив усадебный дом – сможете погрузиться в атмосферу жизни в русской усадьбе XIX века высокообразованного дворянства.

Собрание музея насчитывает более 28000 экспонатов. Большая часть предметов – мемориальные, принадлежавшие владельцам усадьбы и их родственникам. Это одна из самых богатых в российских музеях коллекция мебели, большое разнообразие изобразительных материалов, внушительная мемориальная библиотека, насчитывающая более 9000 книг.

По мурановскому парку всегда приятно погулять - пройтись по розовой и липовой аллеям, увидеть остатки системы прудов, ощутить приятную прохладу под сенью вековых дубов и лиственниц. Посетителям музея предлагается несколько увлекательных экскурсий. В выставочном зале музея регулярно проходят интересные сменные выставки, темы которых имеют весьма широкий спектр.

Savin032

Часы работы

Музей открыт ежедневно, кроме понедельника, с 10 до 18. По вторникам музей работает до 17:00. Касса работает до 16.30. Последняя пятница месяца - санитарный день.

В музее работает Туристско-информационный центр "Подмосковье"

Посещение временной выставки возможно в любой день, кроме понедельника и вторника.

Посещение Главного усадебного дома возможно только с экскурсоводом!

В музее проводятся экскурсии на английском и французском языках

Обращаем ваше внимание, что "Кафе в амбаре" и сувенирная лавка работают со среды по воскресенье с 11.00 до 17.00

В музее поддерживается ТВР и может быть прохладно. Пожалуйста, одевайтесь теплее!

Пожалуйста, оцените работу музея, заполнив АНКЕТУ

 

Обратная связь

Пожалуйста, оцените работу музея, заполнив АНКЕТУ

Авторская выставка Ирины Калитаевой

Оцените материал
(1 Голосовать)
Станьте первым комментатором!

Уже совсем скоро в нашем музее открывается авторская выставка академика Петровской Академии науки и искусств - Ирины Вячеславовны Калитаевой. Называется выставка "Приглашение в счастье": http://muranovo-museum.ru/ru/component/k2/item/646-priglashenie-v-schaste

Предлагаем Вам ознакомиться с автобиографией мастера и прочесть её обращение к посетителям предстоящей выставки.

Родилась 18 января 1937 года в Ленинграде в квартире, предоставленной советским правительством моему деду – Николаю Сергеевичу Тютчеву за его революционные заслуги. После его смерти в 1924 году четырнадцатилетней  маме оставили одну комнату, где мы и проживали до 1965 года (Кировский пр. д. 44-б, кв. 3).

Мама - Тютчева Вера Николаевна – артистка балета, затем педагог хореографии.

Отец -  знаменитый капитан Балтийского пароходства, участник многих известных морских экспедиций. Участник финской и II мировой войны. По ложному обвинению репрессирован и расстрелян в 1941 г. Полностью реабилитирован в 1962 г.

Часть войны мы прожили в Ленинграде, затем вместе с миллионами  людей двинулись на восток, оказались в Ташкенте, где сидели, лежали, спали на полу тысячи людей. Нас с мамой подобрал добрый человек и привёл к себе домой, где предоставил нам маленькую комнату с кроватью и столом. Мама бралась за любую работу, иногда сельскую, принося вместо оплаты какие-то овощи. Но чаще мы голодали, у мамы была дистрофия.  Однажды ночью зимой, при возвращении домой, маму на пустынной улице остановили трое подростков с длинными ножами и потребовали снять тёплое и добротное пальто, жаловаться было бессмысленно, город кишел бандитами.

В 1944г. мы вернулись в Ленинград, я пошла в  первый класс, а мама стала работать на стройке,  расчищала кувалдой от обломков разрушенных войной зданий будущие строительные площадки, потом вернулась в театр, потом преподавала.

Я окончила отделение мастеров – исполнителей (керамистов), работала на производстве, в  1965 г. окончила училище Штиглица и поступила в комбинат ДПИ,  где трудилась  до его закрытия в 1993 году.   После закрытия комбината   я работала в детском саду и художественной школе преподавателем керамики, бралась за любую чёрную работу,  и всё равно мы голодали.

Являюсь членом Союза Художников России и академиком Петровской Академии науки и искусств, которая собирает под своим крылом художников, работающих в национальных традициях.

Участник многих выставок, в том числе персональных.

Дорогие друзья!

Мне повезло на заре моей жизни встретить людей с чистой душой и открытым сердцем.  Они появились  в моей жизни, осенив меня светом своей доброты и внимания, и исчезли, ничего не требуя взамен, указали мне мой путь  и укрепили в нём меня.

Я благодарна В.Н. Китайгородской, замечательному скульптору, а для меня преподавателю лепки во Дворце пионеров. Это она рекомендовала мне поступать на керамику в Училище Штиглица, о котором я до этого не знала, а не на скульптуру в  Академию Художеств ( как я собиралась). 

Я благодарна  Г. А. Пионтеку (преподавателю  Училища Штиглица, впоследствии известному философу-архитектору) за то, что , высмотрев в огромной толпе посетителей подготовительных курсов Училища меня – малюсенькую пятнадцатилетнюю девочку – он стал приносить  мне одну за другой великолепно изданные, невиданные в те бедные времена (1952г.) книги с иллюстрациями по керамике и мечетям Востока.

Но более всего я благодарна музейному работнику, главному хранителю Павловского музея-заповедника, а в 60-х годах сотруднику музея Училища Штиглица ныне здравствующей  Элеоноре Дорофеевне Нестеровой. Молодой и прелестной девушкой, чуть старше нас, она явилась к нам преподавателем истории прикладного искусства. С трепетом приступая к лекции, она последовательно раскрывала перед нами картины сказочного богатства прикладного искусства всех времён и народов и привела нас в запасники музеев. Именно здесь, проходя, можно сказать, протискиваясь в тесных проходах помещений с пола до потолка уставленных произведениями искусства, я окунулась в чрезвычайно насыщенный мир мастерства, таланта, души давно ушедших в другой мир гениев. Задетая  «за живое» этим зрелищем, заручившись необходимыми документами, я в течении 10 лет не вылезала из запасников Эрмитажа, изучая, вникая, ощущая благодарность, исходящую от творчества великих художников Итальянского Возрождения, русского эмалевого искусства и бесконечно любимых изделий лиможских мастеров. Здесь меня запирали на ключ на целый день, и я полностью погружалась в глубины их изысканного искусства.

Я изучила на уровне перевода чешский язык, так как первые журналы по прикладному искусству приходили из Чехословакии. Пытаясь понять красоту керамики  Итальянского Возрождения, я изучила итальянский язык и перевела всю рецептуру, имеющуюся в старинных итальянских книгах.

Мне повезло поступить учиться в  Училище Штиглица в годы, когда там бурно кипела творческая жизнь, не имеющая ничего общего с современным вялым и тусклым существованием.

Преподавали заслуженные маститые архитекторы и художники с большим творческим багажом, которым они щедро делились. Хор, самодеятельность, высокие спортивные достижения, выпуски газет.   И всё это  на фоне сокровищницы искусства, созданной бароном Штиглицем – красивейшими интерьерами с росписями, мраморными лестницами, богатейшим музеем с обширными коллекциями, в том числе зал со старыми  изразцовыми печами. Кроме того, в бесконечных подвальных помещениях стрекотали, жужжали, ворочались станки многочисленных производственных мастерских металла, дерева, ткачества, керамики. Огромная библиотека с редкими книгами, иногда неподъёмными, где очень вежливые два (библиографы) библиотекаря  буквально заваливали студента книгами по нужной ему теме.

Кафедра керамики тоже изобиловала прекрасными педагогами. Увлечённая работой, я часто засиживалась до полуночи в мастерских, не замечая времени, и покидала здание с лучиной в руке, потому что в те годы в 12 ночи вырубали электричество во всём здании.

Мне повезло, в год моего окончания Училища Штиглица  в Союзе Художников возник план создания экспериментальной творческой мастерской для художников в системе создающегося комбината Декоративно-прикладного искусства, пр. Тореза 102.

Меня выбрали для создания творческо-производственной базы в совершенно новом и пустом тогда здании, ещё без стен и перегородок. Имея за плечами специальность мастера-модельщика, курс обучения в Штиглице, опыт производственной работы, я смело взялась за дело.  Планируя места, стены, перегородки, подготавливая материалы, я была так счастлива, что распевала русские песни и романсы, которые знала великое множество, и они гулко разносились в пустом здании.  Все материалы – краски, кисти, глазури, глина, посуда, мельницы, печи большие и малые, весы и пр. были выписаны и выхлопотаны мною благодаря поездкам и командировкам. Спустя год мастерские стали заполнять художники, получившие свои бесплатные места, услуги гончара и обжиг, большой выбор глазурей и эмалей с богатого нашего склада.  Образовался большой коллектив «признанных» и «непризнанных» гениев, около 100 человек. Проработав два года мастером нашего производственного участка, я перешла в разряд художников, получавших и исполнявших заказы от комбината ДПИ.

Я выполнила много интересных работ разного наименования и назначения, творческий азарт требовал испробовать все возможности керамики. Декоративные пласты, печные изразцы, вазы, напольные и крохотные, рамы для зеркал – малых и монументальных, подсвечники, сувениры, памятные медали, стены из декоративных плит в разных городах  России.  Многие работы сохранились в Петербурге:  большая декоративная стена 80 кв. м (фрагмент представлен лиловым с золотом) в гостинице Петербург (бывшая Ленинград), другая часть работы погибла при  трагических обстоятельствах печально знаменитого пожара в 80-х годах;                                                                                         огромная монументальная зеркальная рама 3х4  м, лепная, золочёная в общежитии Педагогического института имени Герцена, большой камин с зеркалом и лепными изразцами (один представлен) в правительственном здании вблизи Кисловодска и др. и др.

Я была полна сил и творческих планов, когда рухнула наша прежняя Россия, и прекратили существование сотни и тысячи заводов, в том числе все     керамические заводы. В 1993 году нас отключили от финансирования и электричества. Началось разграбление брошенного на произвол судьбы богатого комбината, грабили все кому не лень: от богатых дельцов до бомжей. Брошены были склады глазурей, смальты, богатых запасов металла и дерева, станки летели кубарем по лестницам, гончарные круги выбрасывались в окна.

На этом моя творческая карьера закончилась. Хорошо, что пенсия  была оформлена , многим художникам и сотрудникам комбината это стоило больших переживаний и хлопот из-за брошенных в общем беспорядке  растерзанных и потерянных архивов. После 93 года бедствовали, перебиваясь  «с хлеба на квас».  Я бралась за любую работу. Работала преподавателем керамики в художественной школе и детском саду. Это очень интересная страница жизни, о которой я пишу в своих воспоминаниях. Не брезговала и чёрной работой – работала нянькой у   тяжелобольной психически женщины, которая кричала как иерихонская труба. Денег не хватало, так как дочь училась на платном отделении текстиля Академии Штиглица.  

Сейчас в моём распоряжении только маленький лабораторный муфель, где можно иногда обжечь подарочные медали-плакетки.

Чем я вдохновлялась в окружающей жизни?

- Переливами радуги в снежный зимний день.

- Большими садовыми и малыми полевыми цветами и травами

- Красотой бабочек в природе и коллекциях Зоологического музея

- Чудесными камнями Коктебеля (они были до 80 г.) – сердоликами, опалами, агатами, яшмами и окаменелостями.

Как я работала?

Днём, а часто ночью. Пот градом – грузила горячие печи (не остывшие до конца) «нырялки» (наподобие бочки), перегибаясь через высокий борт. Руки по плечи в глине, готовила цветные массы, проводила бесконечные технологические опыты, пережигала десятки раз свои композиции, добиваясь задуманного эффекта.  Когда излишне усердные сторожа преграждали мне дорогу  в вечернее время, я незаметно перелезала через высокую колючую металлическую ограду и проникала в мастерскую, чтобы переработать сотни кг стеклянных глыб, которые я размельчала в мельницах, заглушала, то есть вводила двуокись циркония, олово и пр. и цветные красители – медь, кобальт и пр.

Мною написаны воспоминания.

Они начинаются с истории нашего рода. Мой прадед Сергей Николаевич Тютчев был близким родственником Фёдора Ивановича Тютчева и воспитывался в семье  его родителей. Дед Тютчев Николай Сергеевич был революционером-народовольцем, умер в 1924 году. Мама Тютчева  Вера Николаевна – артистка балета, затем педагог хореографии. Умерла в 2004 г. (неполные 96 лет). Мы с дочерью Никой носим фамилию моего отца, героя- капитана,  репрессированного  и расстрелянного  в 1941 г. Полностью реабилитированного  в 1962 г.

Мои воспоминания последовательно описывают жизнь послевоенного Ленинграда, начиная с 1944г. Школа,  училище, быт, характер взаимоотношений, художественная и театральная жизнь, вкусы,  продукты, моды,  психологические зарисовки,  характеризующие быстро меняющееся время и людей.

Но у меня нет финансовой возможности их издать.

Если выставка доставит кому-то радость или вызовет приятные ассоциации, я буду счастлива.

Интересно, каким образом, Узбекистан сохраняет своё керамическое  и фарфоровое производство?  У нас же его нет. Без возрождения заводов не будет в России процветания керамики.  Отдельные художники, имеющие печи, словно мыши в норе скребутся, обслуживая  низкие вкусы  богатых заказчиков. Пора изгнать из нашего быта низкопробный китайский ширпотреб ( я не говорю о высоких образцах) и украсить нашу жизнь замечательными массовыми изделиями керамических и фарфоровых заводов.

 

 

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены