Мураново

Музей-заповедник "Усадьба "Мураново" имени Ф.И. Тютчева"

«Хвала, наш Вихорь-атаман…»

Статья опубликована в газете "Маяк".

Авторы:
Светлана Долгополова – ведущий научный сотрудник историко-литературного сектора музея-заповедника «Усадьба «Мураново»
Вера Малютина – заведующая сектором декоративно-прикладного искусства музея-заповедника «Усадьба «Мураново»

В Большой гостиной Мурановского музея в одной из горок для фарфора экспонируется чашка с блюдцем, привлекающая внимание портретом донского атамана М.И. Платова.

Этот портрет на фарфоре – роспись по гравюре С. Карделли, выпол-ненной с графического оригинала А.О. Орловского. На зеркале блюдца изображён собор Дома инвалидов в Париже.

Высота чашки – 10,9 см; диаметр блюдца – 17,3 см.
На внешней стороне дна чашки – марка золотом «Darte ainé à Paris».
Франция. Париж. Мануфактура Дарта Старшего.
Одна из французских исследовательниц Регина де Плинваль де Гюийбон об этом фарфоровом производстве сообщает:
«В 1795 году трое братьев Дарт купили небольшую фарфоровую фабрику. Расставшись в 1804 году, каждый из них организовал собственную мануфактуру. Марка «Darte ainé» встречается очень редко и принадлежит Жозефу Дарту, фабрика которого располагалась на улице Попинкур. Основанная в 1804 году мануфактура, видимо, просуществовала до 1865 года. До 1821 года Жозеф Дарт выполнял регулярные заказы».
Вероятно, один из таких заказов – мурановская чашка с блюдцем.
Когда и почему на французской чашке был изображен русский герой?
Атаман, генерал Матвей Иванович Платов представлен верхом на лошади, на фоне сражения. В его правой руке – булава. Лошадь поднята на дыбы. Невольно на память приходит произведение, открывшее эпоху романтизма в европейской живописи – картина Жака-Луи Давида “Наполеон на перевале Сен-Бернар” (1801 год).

М.И. Платов был также воспет в русском фольклоре и отечественными поэтами. В своём знаменитом произведении “Певец во стане русских воинов” В.А. Жуковский посвятил донскому герою следующие строки:
«Хвала, наш Вихорь-атаман,
Вождь невредимых, Платов!
Твой очарованный аркан
Гроза для супостатов.
Орлом шумишь по облакам,
По полю волком рыщешь,
Летаешь страхом в тыл врагам,
Бедой им в уши свищешь;
Они лишь к лесу — ожил лес,
Деревья сыплют стрелы;
Они лишь к мосту — мост исчез;
Лишь к селам — пышут селы!»

Приводим (с сокращениями) биографию М.И. Платова, написанную донским краеведом Л.Т. Агарковым:
«Матвей Иванович Платов родился в 1753 году и провёл детство в станице Прибылянской городка Черкасска. Донская молодежь увлекалась играми военного характера. Матвей Платов уже и тогда выделялся остротою ума, проворством и ловкостью.
Отец его Иван Фёдорович Платов был известным на Дону старшиной, но не отличался материальным достатком, поэтому сыну дал лишь обычное в казачестве образование, обучив чтению и письму.
Матвей Иванович Платов уже в 13 лет был зачислен на службу в казачьи войска, а в 19 лет командовал полком. Он участвовал во всех войнах и больших походах, всегда выделяясь, получая награды, привлекая внимание полководцев и царского двора.
Матвей Иванович участвовал в войне против турок и персов (1771–
1789). С 1801 года он генерал-лейтенант и вскоре атаман Донского войска. Участвовал в компании против французов (1805–1809) и в Турецкой войне, за что в 1809 году получил орден Георгия 2-й степени. Прославился в народе в Отечественную войну 1812 года, приведя с Дона огромное ополчение. В качестве генерала от кавалерии командовал казачьем корпусом 1-й Западной армии. В Бородинском сражении его казаки принимали участие в рейде на правый фланг армии Наполеона совместно с кавалерией Ф.П. Уварова. Командуя летучим казачьим корпусом из донских ополченских полков, он сражался под Малоярославцем, брал Смоленск. Участник битв под Красным, на реке Березине, под Вильно и Ковно.
1 января 1813 года русские войска перешли Неман и двинулись на запад. Началась кампания 1813–1814 годов, в которой казаки ещё более преумножили славу русского оружия.
«Падение славных укреплённых городов Эльбинга, Мариенвердера и Диршау, – писал Кутузов Платову, – я совершенно приписываю мужеству и решительности Вашего сиятельства и предводительствуемого Вами храброго войска. Полёт преследования ни с какою быстротою сравниться не может. Вечная слава неустрашимым донцам!»
Решающей битвой кампании 1813–1814 годов явилось крупнейшее сражение под Лейпцигом, в котором участвовало до 500000 человек. За Лейпцигскую битву Платов получил орден Андрея Первозванного и бриллиантовое перо.
Военные сражения 1812–1814 годов принесли казачеству Дона всемирную известность. Газеты и журналы того времени пестрели сообщениями о донцах, их боевых подвигах. Огромной популярностью пользовалось имя донского атамана Платова.
После заключения Парижского мира Платов побывал в Лондоне, находясь в составе свиты Александра I. Лондонские газеты посвящали Платову целые страницы, перечисляя его подлинные и вымышленные подвиги и заслуги. О нём сочиняли песни, печатали его портреты. В Лондоне Платов встречался с известным английским поэтом Байроном и писателем Вальтером Скоттом.
Когда Платов вернулся на Дон, к нему прибыл английский офицер и вручил ему диплом почётного доктора Оксфордского университета и саблю от граждан города Лондона».
Д.А. Ровинский (1824–1895), известный историк искусства, коллекционер, почётный член Петербургской Академии наук, в составленном им “Словаре русских гравированных портретов” приводит некоторые подробности наружности знаменитого донца: «Платов был необыкновенно высокого роста, смуглый, черноволосый, но с бесконечно добрым выражением в лице и очень любезный. Он пользовался особым уважением англичан, где в честь него был спущен корабль "Граф Платов". Женщины носили его портреты на груди, некоторые знатные англичанки приглашали его крестить детей и даже доставали на память его седые волосы. Оксфордский университет возвел его в степень своего доктора, хотя он едва умел писать. Платов представляет единственный пример старообрядца, достигнувшего высоких чинов и графского титула».

***

В Эрмитаже хранится чашка с изображением атамана Платова, близкая по форме к мурановской, но отличающаяся наличием дарственной надписи. На тулове вверху золотом: «Осипу Петровичу Козодавлеву», внизу вокруг ножки: «Доливо-Добровольской в Париже апреля 19 1814 года».
Я.Э. Виленский, научный сотрудник Эрмитажа, дал комментарий к интересующим нас экспонатам: «На чашке изображён знаменитый военачальник Отечественной войны 1812 года, командир Донского казачьего корпуса Матвей Иванович Платов (1753–1818).
Фарфоровые мануфактуры, сильно зависящие от требований заказчиков, чутко реагировали на меняющиеся вкусы в обществе. Не успели союзные армии войти в Париж, как в городе появилось множество предметов искусства с изображениями победителей Наполеона. Слово «kossak» прочно ассоциировалось в европейском сознании чуть ли не со всей русской армией. В своей живописной униформе казаки стали сюжетом для многочисленных рисунков и гравюр, которые, в том числе, ис-пользовались и для росписи на фарфоре. Особенно популярен был их легендарный командующий…
Судя по надписям, чашка была подарена Доливо-Добровольским Осипу Петровичу Козодавлеву. В 1812 году военный советник, полевой инспектор почт при армиях Флориан Осипович Доливо-Добровольский (1776–1852) вступил во 2-й егерский полк Московского военного ополчения, за отличие в сражениях был утверждён в чине полковника. За заслуги в заграничном походе 1813–1814 годов награждён боевыми наградами, в том числе орденом Св. Владимира 3-й степени и золотой шпагой «За храбрость» (архивные данные приведены М.Ю. Катиным-Ярцевым). С сенатором, министром внутренних дел (1811), создателем Общего Гербовника дворянских родов Российской империи, талантливым переводчиком античных авторов Осипом Петровичем Козодавлевым (1754–1819) Ф.О. Доливо-Добровольского связывали длительные служебные отношения. За борьбу против эпидемии в Саратовской губернии в 1808 году под руководством сенатора О.П. Козодавлева Ф.О. Доливо-Добровольский был награждён орденом Св. Владимира 4-й степени».

Вышеприведённая дарственная надпись, сделанная спустя две с лиш-ним недели после падения Парижа, позволяет представить, сколь подготовлен был ассортимент фарфоровых изделий к приходу русских войск во французскую столицу. Это обстоятельство позволяет датировать и мурановскую чашку – также 1814 годом.
Представим авторов росписи на фарфоре:
Сальватор Карделли – представитель итальянской школы, приехавший в Санкт-Петербург из Рима в самом конце XVIII века. В 1814 он получил титул придворного гравера, был назначен академиком.
Александр Осипович Орловский (1777–1832) – один из самых ярких и самобытных русских художников первой четверти XIX века, работавший в духе романтизма.
В отличие от эрмитажного блюдца на зеркале мурановского блюдца изображен собор Дома инвалидов в Париже.

В конце 1660-х годов король Людовик XIV издал эдикт о постройке специального дома призрения для уволенных со службы старых солдат-инвалидов. Высокий купол собора Дома инвалидов стал одной из главных вертикалей в силуэте Парижа, достопримечательностью, по которой узнаётся город.

Иллюстрации:

М.И. Платов. Гравюра
 
Луи Давид. “Наполеон на перевале Сен-Бернар”. 1801 год

Чашка с портретом М.И. Платова

Блюдце с изображением собора Дома инвалидов в Париже
 

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены